Сургутский центр социальной помощи и пробации «Шаг вперед», который помогает бездомным и бывшим заключенным вернуться к обычной жизни, может закрыться с 1 января 2027 года из-за нехватки финансирования. Почему многолетняя работа оказалась под угрозой, удалось ли найти поддержку у властей и что ждет людей, которым некуда идти? Об этом в интервью СИА-ПРЕСС рассказала учредитель и руководитель центра с 2017 года Наталья Прокошева.
«Мы хотим спокойно закрыть дверь, а не выгнать кого-то на улицу»
– Если «Шаг вперед» закроется с 1 января, что произойдет с людьми, которые сейчас у вас живут?
– Сейчас мы пытаемся каждого куда-то определить. Для нас главное – люди, а не какие-то амбиции или желание кому-то что-то доказать. Мы не хотим просто закрыть двери и выгнать кого-то на улицу.
Многим уже нашли варианты, в том числе работодателей, которые предоставляют жилье. Но насколько это надолго – неизвестно. У наших подопечных разные ситуации. Кто-то устроится на работу, получит зарплату и сможет двигаться дальше. А кто-то может сорваться и снова остаться без работы и жилья.
Сейчас в ночлежку приходят в среднем 15 человек, еще семеро находятся в социальном общежитии, в центре пробации. По проживающим в общежитии у нас уже есть определенные договоренности. А вот с ночлежкой сложнее. По некоторым людям мы пока вообще не знаем, что делать. Надеемся, что государственные учреждения, которые тоже помогают бездомным, смогут принять их и продолжить с ними работать.
– Как сами подопечные реагируют на возможное закрытие?
– По-разному. Некоторые растеряны, кто-то сам предлагает искать выход. Есть люди, которые говорят, что для них это будет своего рода «волшебный пинок», чтобы начать действовать.
Но пожилые очень переживают. Они не просто обеспокоены – они расстроены, постоянно думают, что будет дальше. Мы с ними все время об этом разговариваем. Конечно, хочется надеяться, что все сложится хорошо. Но, знаете, говорят, что все, что ни делается, – к лучшему. Лишь бы не к худшему.
«Откликнулись только простые люди»
– После вашего заявления о возможном закрытии прошло чуть меньше месяца. Удалось найти деньги или договориться о поддержке?
– К сожалению, нет. Никаких положительных прогнозов тоже нет. Я обращалась в администрацию города, к депутатам Сургута, в крупные организации. Но финансовой помощи, которая позволила бы сохранить центр, мы не получили.
Помогают простые люди – сургутяне, жители Югры и даже других регионов. За октябрь удалось собрать, по моим подсчетам, 136 тысяч рублей. Эти деньги очень помогли: мы закрыли коммунальные платежи за октябрь, а оставшиеся средства субсидии смогли направить на зарплаты сотрудникам.
Но разовые пожертвования не решают проблему. Нам нужно постоянное финансирование и хотя бы минимальный штат работников.
– Вы поднимали вопрос о закрытии центра на встречах с городскими и окружными властями?
– Неоднократно. В администрации Сургута создана рабочая группа по реализации закона о пробации. Я также вхожу в Межведомственную рабочую группу, координирующую вопросы пробации, действующую при окружной комиссии по профилактике правонарушений Правительства ХМАО. Мы направляли письма, я неоднократно поднимала этот вопрос.
Все знают, что центр находится на грани закрытия. Но, знаете, не понимаю: либо не слышат, либо пока не хотят слышать. А время идет.
Если бы нам помогли хотя бы с оплатой коммунальных услуг, мы, возможно, не закрывались бы. У нас уже сформировался костяк команды. Люди готовы были бы продолжать работать, пусть даже какое-то время с меньшей зарплатой. Но сейчас нам элементарно нечем платить за коммунальные услуги.
«А куда он пойдет ночевать?»
– Если «Шаг вперед» закроется, смогут ли бывшие заключенные и бездомные получать такую же помощь где-то еще?
– В самом Сургуте не останется центра с проживанием для таких людей. Государственное учреждение есть, но оно находится в Сургутском районе, в 63 километрах от города. Этот центр работает еще с девяностых годов, но там другая модель помощи. Сейчас там в основном находятся пожилые люди, граждане с инвалидностью, те, кому требуется поддержка в повседневной жизни.
Трудоспособному человеку, который хочет устроиться на работу в Сургуте, там будет очень сложно. Нет удобного транспорта, на котором можно было бы ежедневно ездить в город на работу. А наша задача была именно в том, чтобы человек жил у нас, работал в городе, зарабатывал деньги и постепенно становился самостоятельным.
У нас человек мог два-три месяца прожить в общежитии, работать, получать зарплату, накопить на аренду жилья и уйти в самостоятельную жизнь.
В районном центре трудовая реабилитация организована иначе, она не предполагает такого заработка. Поэтому люди, которые хотят работать в городе, зачастую сами не рассматривают этот вариант.
Представьте человека, который освобождается из колонии и которого никто не ждет. У него нет ни родственников, ни жилья. Он выходит в обычной черной робе, иногда у него даже нормальной одежды нет. Ему нужно переодеться, помыться, хотя бы день-два прийти в себя.
Комната в общежитии сургутского центра социальной помощи и пробации «Шаг вперед»
А потом искать работу. Не факт, что первый же работодатель его возьмет. И второй тоже может отказать. На все это нужно время. А куда он пойдет ночевать?
Я очень боюсь, что мы возвращаемся в девяностые годы – к бродяжничеству и связанным с ним проблемам, в том числе преступности.
– Сколько времени обычно нужно человеку, чтобы снова начать самостоятельную жизнь?
– Все индивидуально. Некоторым достаточно двух месяцев. У человека есть внутренний стержень, он мотивирован работать и готов преодолевать трудности. А есть люди, которые настолько привыкли к жизни на улице, что потеряли мотивацию что-либо менять. Если к этому добавляются алкогольная или наркотическая зависимость, все становится намного сложнее. Таким людям даже при поддержке специалистов может понадобиться год-два. А иногда и двух лет мало.
– Как вы понимаете, что ваша помощь действительно сработала? Есть ли данные о том, сколько подопечных смогли начать новую жизнь?
– Мы поддерживаем связь с людьми даже после того, как они уходят от нас. Есть те, кто вышел из центра еще в 2019-2020 годах, и мы до сих пор общаемся.
Кроме того, мы проводили совместный анализ с УФСИН по Югре. Взяли данные за пять лет, начиная с 2019 года, и проверили, сколько наших бывших подопечных снова оказались в исправительных учреждениях. Насколько я помню, из примерно 156 человек таких было четверо – около 2-3%. Точные цифры сейчас не назову, это уже старая статистика. Мы планировали обновить ее по итогам нынешнего года, возможно, сделаем это в январе.
Но тогда результат приятно удивил и нас, и коллег из УФСИН. Мы увидели, что наша модель действительно работает. Наш опыт даже перенимали другие регионы. Очень жалко все это оставлять. Ломать – не строить. Потом кому-то придется создавать такую систему заново.
«Мы не бизнес. Мы про людей»
– Организация существует с 2009 года. Как развивался центр и почему за это время так и не удалось обеспечить ему устойчивое финансирование?
– Здесь важно уточнить: сама автономная некоммерческая организация «Шаг вперед» была зарегистрирована 5 октября 2009 года, еще при другом руководителе. Центр в его нынешнем виде появился позже. В 2017 году мы начали развивать это направление. В 2019-м привезли на территорию по улице Пионерной, 2 два вагончика. В 2020 году нам передали часть помещения, и мы открыли ночлежку на 30 койко-мест. А в 2022-м получили вторую часть помещения и организовали социальное общежитие для бывших осужденных.
Почему не удалось создать устойчивое финансирование? Потому что мы не бизнес. Мы работаем с очень сложной категорией людей – бездомными и бывшими заключенными. Организовать на этой основе какую-то коммерческую деятельность, которая обеспечивала бы весь центр, чрезвычайно трудно.
Мы пытались найти дополнительные источники дохода. Например, благодаря гранту Фонда президентских грантов приобрели специальный транспорт для социального патруля, а затем организовали социальное такси.
Социальное такси от центра «Шаг вперед»
Теперь помогаем не только бездомным и бывшим заключенным, но и людям с инвалидностью, пожилым. Причем наши подопечные сами участвуют в этой работе как помощники: помогают людям подниматься на этажи в домах без лифта и пандуса, например.
Но доходов от социального такси недостаточно, чтобы оплачивать аренду, коммунальные услуги, зарплаты сотрудников и содержание ночлежки с общежитием.
– Что стало последней каплей? Почему продолжать работу теперь невозможно?
– Помимо всех расходов, мы должны выполнять требования надзорных органов: санитарные, пожарные, антитеррористические. Проверки бывают и плановые, и внеплановые. Все это требует денег и сотрудников. А у нас уже половина работников уволилась. Без необходимого штата мы не можем должным образом обеспечивать безопасность объекта и следить за соблюдением внутреннего распорядка.
Коммунальные платежи и раньше были немаленькими, а с 1 октября тарифы еще выросли. Получается замкнутый круг. Нет денег – уходят сотрудники. Без сотрудников мы не можем обеспечить все необходимые условия работы. Поэтому и пришли к решению закрываться.
«Не каждый захочет работать с такими людьми»
– Почему, на ваш взгляд, в Сургуте так мало организаций, готовых помогать бездомным и бывшим заключенным?
– Потому что это очень сложная работа. Не каждый гражданский активист захочет заниматься такой категорией людей. Требования к организации огромные, ответственность высокая. И сами подопечные бывают непростыми. Не все в обществе готовы их принимать. Поэтому нельзя рассчитывать, что после закрытия «Шага вперед» кто-то просто возьмет и откроет новую некоммерческую организацию для бездомных. Никого ведь нельзя заставить этим заниматься.
– Какой помощи, по вашему мнению, могут потребовать такие центры в будущем?
– Потребность в них никуда не исчезнет. Более того, я думаю о том, что после окончания специальной военной операции будут возвращаться люди, в том числе с инвалидностью и травмами. Не у всех будет возможность сразу вернуться к обычной жизни. К нам уже приезжали представители фонда «Защитники Отечества», мы обсуждали эти вопросы. Я считаю, что такие центры нужно сохранять и развивать. Но пока нам не удалось убедить тех, от кого зависит поддержка.
– Если центр все-таки закроется, продолжит ли «Шаг вперед» хоть какую-то работу?
– Мы планируем сохранить социальное такси. У нас есть один автомобиль, один водитель, волонтеры и помощники из числа бывших осужденных. Это востребованная услуга, для которой не нужно содержать большое помещение. Также хотим продолжить консультирование по телефону. Организуем своего рода горячую линию, будем отвечать на вопросы людей, которые раньше обращались к нам. Но это уже будет работа на волонтерских началах, без прежнего штата сотрудников.
– Что для вас сейчас самое важное?
– Продержаться оставшиеся два месяца и спокойно завершить работу, если другого выхода не будет. Помочь людям найти места, куда они смогут уйти, и не оставить после себя долгов.Нам действительно нужна помощь, чтобы дотянуть до конца года. Очень горько осознавать, сколько труда мы вложили в этот центр и что теперь вынуждены его закрывать.
Пока центр продолжает работать, ему по-прежнему нужна помощь. Поддержать «Шаг вперед» и людей, которым он дает крышу над головой, можно по ссылке.
