У одного из главных имиджевых проектов Югры — хоккейного клуба «Югра» — начались заметные кадровые проблемы сразу после победы в лиге. Из клуба ушли 16 человек, меняется тренер, и на этом фоне снова встает вопрос: что именно регион строит в спорте — живую систему или дорогую витрину.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему хоккейный клуб «Югра» остается спорным проектом для бюджета, как в регионе пытались делать ставку то на биатлон, то на шахматы, то на керлинг, почему без массовой низовой инфраструктуры большой клуб наверху выглядит искусственно, и какой спортивной политики на самом деле не хватает Югре и Сургуту.
Дмитрий Щеглов: У одного из ключевых имиджевых проектов Югры — одноименного хоккейного клуба — наблюдаются некоторые проблемы. С одной стороны, он выиграл ВХЛ, это вторая лига российского хоккея, но, с другой стороны, после этого из клуба ушли 16 человек, и теперь еще и сменяется тренер. Что происходит с этой всей историей и насколько она важна для Югры конкретно сейчас — обсудим. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Здравствуй, Дима, здравствуйте всем.
Д.Щ.: Вообще история следующая. Хоккейный клуб «Югра» является действительно таким исключительно имиджевым проектом, хотя вопрос в том, насколько он добавляет имиджа для нашего региона.
Мы помним, что для него построили специальный Ледовый дворец еще при Александре Филипенко. Мы помним, что там была даже история, когда сначала построили один ледовый дворец в Ханты-Мансийске и выяснилось, что он не подходит под какие-то параметры лиги. Они построили еще один ледовый дворец в Ханты-Мансийске для того, чтобы этим всем параметрам соответствовать. В тот же самый момент в Сургуте только-только начинал строиться первый ледовый дворец, который, я напомню, не сильно соответствовал никаким лигам и, по-моему, не соответствует до сих пор.
Тем не менее денег на это дело уходит немало. Оплачивать из бюджета целый спортивный клуб — достаточно затратное действие. И в хорошие времена, в принципе, это выглядело неплохо. Почему бы и нет, почему бы не держать свою собственную команду за бюджетный счет? Но вот сейчас, когда в бюджете зреет достаточно большая дыра, есть большой недобор по первым кварталам по налогу на прибыль и так далее, мы видим, как округ берет коммерческие кредиты на десятки миллиардов для того, чтобы покрывать некоторые кассовые разрывы. Содержать целый клуб за счет бюджета — это уже такой вопрос, может быть, уже сомнительный. А может быть, и до этого он был сомнительным. Сейчас обсудим.
Как тебе видится вся эта история с профессиональным или полупрофессиональным хоккеем в регионе? Насколько разумно то, что именно бюджет, а не какая-нибудь условная «Роснефть», или «Сургутнефтегаз», или «Газпром нефть» из наших таких грандов бизнеса, которые у нас оперируют в нашем регионе... Почему именно бюджет должен содержать такие прекрасные расходы вместо кого-то другого?
Т.С.: Может бюджет содержать, может содержать частный бизнес, может содержать бюджет и частный бизнес. Форм же достаточно много для того, чтобы продвигать не просто имиджевые, а гуманитарные проекты на территории региона и на территориях муниципалитетов. Тут было бы желание. В свое время было желание у губернатора Александра Филипенко, и как-то дело с тем же спортом пошло в регионе. Биатлонный центр. И вообще организации и развитию массового спорта и профессионального, заметим, в Югре он придавал большое значение. Потом у нас случилась переориентация на шахматы.
Д.Щ.: Это тоже еще было при Филипенко, да.
Т.С.: Да, конечно. Такой разворот. Потом нам поступил приказ из Москвы стать центром кёрлинга или керлинга — никто не знает до сих пор, как правильно это слово.
Д.Щ.: Это, кстати, по-моему, так ничем и не закончилось, да.
Т.С.: Да. Но на это же были брошены административные усилия, наверное, деньги немалые выброшены. Странно, что Югру не стали делать федеральным центром по прыжкам в воду или по виндсерфингу. Причем как-то так в тот раз региональные чиновники приняли к исполнению, никакой не было дискуссии, несмотря на то, что вся профессионально-спортивная общественность элементарно недоумевала. Зимний регион, позволяющий на открытом воздухе без создания специальных тренировочных залов заниматься зимними видами спорта. Лыжи, биатлон тот же.
Ну и наконец подходим к хоккею. Самый такой народный вид спорта. Мне кажется, нет ни одного советского ребенка, который не играл бы в хоккей во дворе. Элементарно. Без коньков, без всего, на палках, на каких-то кривых клюшках, просто почистили двор от снега — и понеслось. И если смотреть на эту ситуацию по Сургуту, то Сургут вполне мог бы стать крупным хоккейным центром. И недаром затащили в Сургут первую ледовую арену хоккейную, и тоже там свои были истории с ее возведением и вообще с появлением ее в Сургуте.
И вот эта история конкуренции, странной конкуренции между Сургутом и Ханты-Мансийском как раз проявляется в том, что два одинаковых спортивных сооружения построены, и все возмущались: «Как так, зачем там, а почему не тут?» Хотя вопрос-то должен стоять совершенно по-другому. Таких хоккейных центров, как вот в Сургуте Ледовый дворец, должно быть в каждом крупном муниципалитете по нескольку на самом деле. И вот это главный вопрос к нашим региональным властям: как они видят и как они вообще видели все эти годы и десятилетия государственную программу поддержки и развития общественного спорта?
На примере одной хоккейной команды, ну не одной хоккейной команды — это просто история из круга моих друзей, из круга тех, у кого дети занимаются хоккеем и занимаются профессионально. После того как появился в Сургуте Ледовый дворец, естественно, профессиональные детские хоккейные команды перебазировались в него. Сейчас эти дети уже взрослые, то есть им по 25-30 лет. А сколько-то лет назад это были дети. И всегда в этом Ледовом дворце была проблема, когда просто там заниматься было невозможно. Составлялось совершенно какое-то неудобное расписание, их выгоняли, им не позволяли развивать материально-техническую базу, на это никогда не было никаких денег. В общем-то, все сильные игроки, которые сегодня не в Сургуте, как мы понимаем, и не в Югре, они уехали. Они выбились только за счет каких-то фантастических усилий родителей. Вот понимаем, да?
Сургут — зимний город. Восемь месяцев в году у нас снежный покров. Хорошо, пусть будет шесть месяцев в году зимний покров, выкинем два холодных месяца, когда трудно на улице заниматься. Но все равно это достаточно много. Построили Ледовый дворец. Вот он есть. Концерты там проводят хорошие Михаила Стасова... или Стаса Михайлова... это никому не интересно...
Д.Щ.: Кого-то из них.
Т.С.: А хоккея нет. Профессионального хоккея нет. И доходит все до того, что на уровне как бы главной хоккейной региональной команды мы ничего не можем сделать, мы ничего не можем сформировать. С одной стороны, взрослые дяди в галстуках, в костюмах, которые сидят под портретами, очень любят такие игрушки. Всякие там спортивные команды, ходить на матчи, болеть, потом посидеть в какой-нибудь специальной комнатке, повыпивать, побазарить о проблемах. А где дело-то? То есть вот смотрите: у нас биатлон — что-нибудь мы знаем про биатлон ханты-мансийский в результате? Что-нибудь мы знаем про шахматы в ханты-мансийском виде?
Д.Щ.: Ну там проходят проходят мероприятия крупные...
Т.С.: Гремит на всю планету? Да вроде нет. Все такое достаточно унылое, вообще такое провинциальное. Ну такое, как будто мы какой-нибудь Гусь-Хрустальный. И то, мне кажется, там с этим делом получше дела обстоят. И мы не должны удивляться тому, что там какой-то не такой тренер к нам в Ханты приехал. Я не знаю, его покупают, наверное, действительно за бюджетный счет.
Д.Щ.: Да, покупают.
Т.С.: Ну, что есть в рынке, то и покупают. Потому что либо покупают за маленькие деньги, либо условия такие профессионального спорта в Югре, в частности хоккея, что серьезные тренеры, игроки не хотят сюда ехать. Ну это парадокс, правда? Самый богатый регион.
Регион, в котором, смотрите: компания «Лукойл» — вот что она только что построила? Там заявила, что построит за два года... аквапарк крупнейший она уже построила, сейчас там будет тоже большой центр спортивный в Когалыме... или технический музей? Я уже запутался, потому что «Лукойл» все строит на своих вотчинах. Наверное, можно направлять энергию крупнейших игроков российского бизнеса, а в Югре работают все компании топливно-энергетического комплекса из топ-5: там Газпром, Сургутнефтегаз, Лукойл, Роснефть. Наверное, можно сформировать какую-то партнерскую долгосрочную программу, при которой бюджет и эти компании участвуют в развитии спорта.
А это что? Это спортивные центры не такого монструозного вида, а локальные. На город Сургут их там должно быть, может, десять. Ну не меньше пяти таких настоящих, где занимаются люди. Берем Нижневартовск, Ханты, Нефтеюганск, все крупные города. Делать площадки, где можно, как с бассейнами, кстати, где можно спокойно заниматься, где будут работать тренеры, нанимать тренеров, вбивать в бюджетную строку эти расходы на создание спортивных команд. Таким образом потихоньку-потихоньку вытягивать дело, чтобы спорт стал общественным, массовым явлением в Югре.
А он у нас очень профессиональный получается. Где-то наверху есть какая-то команда, которая никому не интересна, на которую выделяются бюджетные деньги. А на низовом уровне... Ну сколько в Сургуте за зиму делается ледовых катков? Ну сколько? У нас там что-нибудь зальют где-нибудь, и там бегают все, значит, ленточки разрезают, хвастаются, сюжеты снимают. Как будто подвиг совершился. А такие вещи должны быть элементарные.
Тот же частный бизнес надо допускать. У нас его, наоборот, выгоняют, как мы знаем по примеру с центральной площадью. То есть если наш регион и его руководство представляет себе развитие, в данном случае мы говорим о хоккее, я бы расширил хотя бы до зимних видов спорта, то как это делать? Оно должно составлять государственную программу на ближайшие, я не знаю, 20 лет и поставить целью, чтобы каждый югорский школьник профессионально владел, был обучен какому-то виду спорта зимнему. На наших же школьников смотреть невозможно. Я иногда вижу — выходят там какие-то старшеклассники на лыжах. Ну это же инвалиды. У них же ноги не гнутся. Вот что палка лыжная прямая, что их ноги прямые. Они вот так вот ходят на лыжах. Они же ничего не умеют. Они не умеют на сноуборде кататься. Я понимаю, что это не надо делать профессионально.
Д.Щ.: Но вот как происходит в футбольных странах и как они, собственно, становятся футбольными странами. У них там на каждую деревушку, в которой живет, я не знаю, 5 тысяч человек, по три стадиона, на которых играют. То есть это, конечно, не полноценные, может быть, стадионы, но это как минимум такие нормальные футбольные поля со зрительскими местами.
Т.С.: Дима, это полноценные стадионы. Это покрытие, это освещение, это какие-никакие трибуны, ограждения, переодевалки, туалеты. То есть для нас это просто какая-то несбыточная мечта. Продолжай, да.
Д.Щ.: Да. То есть смысл-то в том, что если делать действительно, если уж становиться хоккейным регионом, то действительно нужно выстраивать в первую очередь инфраструктуру. Во вторую очередь — спортивную инфраструктуру мероприятий. То есть младшая лига, лига младшей школы, лига средней школы, молодежка, первая-вторая молодежная лига. И чтобы люди играли, играли, играли друг с другом постоянно. Чтобы, опять же, ходили дети с родителями, родители болели за детей, болели друг за друга. То есть это уже, опять же, какие-то мероприятия на свежем воздухе, когда это возможно на свежем воздухе, или в закрытых помещениях, когда это требует того. И там социализация та же.
И тогда вот из этой всей массы будут вырастать те звездочки, из которых можно формировать свою команду и говорить: «Да, вот какие мы крутые, мы себе сделали такую крутую команду». Ну, может быть, купили пару-тройку крутых игроков российского уровня, но зато вот, базово — это мы, наши югорчане, наши дети, наши таланты, наши тренеры крутые, которые этих детей вырастили. Вот смотрите. Вот в этом смысле я понимаю.
Опять же, как мне кажется, наверное, было бы более логичным бюджету как раз занять финансирование вот этих низовых пластов, а бизнес — чтобы финансировал уже функционирование этой самой главной, самой большой команды, которая представляет регион на большом уровне.
Т.С.: Конечно. А если нету низового спорта, то, естественно, население Югры будет удивляться: зачем нам эти траты на такую команду наверху? Они же не видят ничего внизу. Вот надо спросить наших читателей — кто-нибудь слышал, например, о чемпионате города Сургута по хоккею между школьниками?
Д.Щ.: Ну, возможно, он есть, но…
Т.С.: Он не стал общественным достоянием, к сожалению.
Д.Щ.: Да, да. Такими вещами нужно заниматься именно кропотливо и выращивая зернышки буквально из самой-самой земли. А если у вас что-то наверху висит, какой-то стеклянный шар, который вроде как блестит, вроде как красивый, но абсолютно не к месту к этому всему, а к нему никакие корни не ведут, ну тут уж, извините, действительно, больше вопросов, чем ответов будет по поводу хоккея в Югре.
Ну что ж, дорогие друзья, если вы с нами согласны — ставьте лайки. Если не согласны — пишите в комментариях, что вы думаете по этому поводу, и все равно ставьте лайки. Читайте нас на siapress.ru, ссылка будет в описании, и до новых встреч. Поговорим о чем-то интересном. До свидания.
Т.С.: Спасибо всем, пока.