Уральский политолог и депутат думы Екатеринбурга Константин Киселев рассказывает о том, как муниципальный парламент его города планируют лишить части полномочий по управлению земельными ресурсами. Редакции СИА-ПРЕСС кажется важным вынести этот вопрос на страницы нашего портала, так как общественности Сургута и Югры важно понимать подобные процессы и не допускать подобных ошибок.
Вчера пришла информация, что Екатеринбургскую Думу могут лишить полномочий по корректировке правил землепользования и застройки (ПЗЗ) и муниципальных нормативов градостроительного проектирования (МНГП). Что это такое у двух словах. Это все озеленение, это определение зон для скверов, высоток, торговых центров, заправок и т.д. Проще говоря, это определение того, что и где можно строить, а что нельзя. Это раз. И как строить. Это два. Это все развитие города. Далее по пунктам.
1) Сегодня существует трехступенчатая система изменений в ПЗЗ. Застройщик подает заявку на изменение зоны застройки. Например, был сквер, а хотят культовое сооружение. Заявку первоначально рассматривает комиссия при администрации. Комиссию формирует глава города. Кого захотел, того включил. Туда входят чиновники, застройщики, архитекторы и лояльные депутаты. Смысла включать нелояльных нет.
Если изменения в ПЗЗ принимаются, то они уходят в комиссию, но уже думскую, где депутаты могут принять, но могут и отклонить предложения застройщика.
Наконец, следующим этапом предложенные изменения рассматриваются на заседании самой думы, где все депутаты обсуждают эти изменения и принимают окончательное решение.
2) Таким образом, формируется система сдержек и противовесов. Для чего она нужна? Здесь все просто. Земля – главный актив города. Стратегический актив. Кто распоряжается землей, тот и определяет стратегию развития. Если отдать все в руки администрации, то последствия могут быть печальными.
3) Как было до 2018 г.? Были любимые застройщики и изгои. Одним можно было все. Другим нельзя ничего. Есть серьезное подозрение, что все решалось через деньги. Дал – получил разрешение на строительство и необходимые изменения в ПЗЗ. Думское большинство тогда просто поднимало руки. Я с 2013 г. пытался бороться с этой системой. Отстаивал необходимость рассматривать изменения в ПЗЗ индивидуально, а не огромными пакетами. Но мало, что удавалось, хотя проблему обозначил.
4) С 2018 г. ситуация стала меняться. А. Высокинский, который должен был быть равноудаленным от всех застройщиков, нейтральным, этого сделать не смог. Итог – его война с застройщиками, в которую вмешалась дума, чтобы усадить всех за стол переговоров. И изменения в ПЗЗ начали рассматривать много тщательнее.
5) Что может дума? Последний пример – попытка строительства бани Баден-Баден на Шарташе. Вы помните, что именно депутаты инициировали дополнительные слушания по проблеме. В том числе выездные. Прямо на месте стройки. Это было громко. Это было честно. А потом, после отрицательных экспертиз, заблокировали изменения в ПЗЗ. Все, Шарташ тогда спасли.
6) Аналогично было со строительством глэмпинга в Мичуринском. Не дали вырубить лес.
7) Потом была попытка ликвидировать последнее возможное общественное пространство в районе Щорса-Союзной. Вмешались на ранних стадиях. Не дали. Совсем недавно лесопарк на Уктусе. Тоже вмешались депутаты. Сейчас проблема Калиновского.
Я уже не говорю о блокировке стройки мусорного полигона на южной окраине Екатеринбурга. Это там, где аэропорт, Седельниково и иные зоны рекреации. Тоже ведь удалось отстоять и не дать принять изменения в ПЗЗ.
Много было всего. Но самым громким стал Сквер-на-Драме. Первоначальная ошибка большинства депутатов, когда перевели Сквер в земли церковные. Но затем именно дума стала площадкой для дискуссий. Именно здесь искали выход. И затем исправление ошибки – сквер остался сквером.
9) Все это стало возможным только тогда, когда сами горожане не были равнодушными и боролись за свое жизненное пространство, за парки и скверы, за архитектуру, за город, за себя. И это факт.
10) Все это стало возможным, когда проблема выходила в паблик, когда ее начинали обсуждать. И именно дума часто становилась той открытой площадкой, на которой дискуссия и разворачивалась.
11) Что предполагается сейчас? Открытости минимум. Кто и что слышал о работе комиссии по ПЗЗ при администрации? Ответ: единицы. А это значит, что уровень закрытости будет практически абсолютным. Надежды на общественные слушания тоже нет. В итоге люди узнают с сносе парка, о точечной застройке, строительстве заправки у себя под окнами или мусорного полигона только по факту.
Решения будут приниматься только лояльными и подконтрольными администрации людьми. Если ранее дума блокировала изменения в ПЗЗ, которые противоречили генеральному плану, то сейчас руки будут развязаны. Уровень потенциальной коррупционности предлагаемого решения зашкаливает.
12) Нам говорят об ускорении в принятии решений. Смешно. Две недели для стройки ничего не решают. А именно столько требуется для думского решения.
13) Я понимаю проблемы небольших муниципалитетов. Но для Екатеринбурга решение об исключении депутатов и думы из процесса принятия решений по ПЗЗ и МНГП недопустимо.
14) И обратите внимание на то, как хотят сделать. Не провести это решение через городскую думу. Тут его точно заблокируют. А тихим сапом через подконтрольное областное Законодательное Собрание. Упс, извини Екатеринбург. Получи мусорный полигон, логистический комплекс с контейнерами, глэмпинг и точечную застройку. Это вместо леса, парка, сквера, зелени и домов для многодетных семей.
15) Что делать? Только активная позиция горожан. Только полная открытость. Только откровенное обсуждение.
