Сквер Дружбы народов в Сургуте обновили и благоустроили, но после реконструкции из него исчез бюст Георгия Димитрова — одна из немногих деталей, напрямую связывавших это место с его историей.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, стоило ли переносить бюст в краеведческий музей, как можно было превратить Сквер Дружбы народов в историко-познавательное пространство, почему памятники не обязательно сносить или убирать и какие сюжеты из истории Сургута могли бы наполнить обновленный сквер реальным содержанием.
Дмитрий Щеглов: Сквер Дружбы народов в Сургуте обрел новый облик и новую жизнь. С такими заявлениями вышла наша городская власть, открывая это общественное пространство после некоторой реконструкции и модернизации. И самое интересное там, пожалуй, то, что при всем украшении этого места там исчезла его историческая часть, а именно упоминание и воспоминание о Георгии Димитрове. Это болгарский строитель, чей бюст был установлен в этом самом месте. Обсудим эту историю. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега-журналист Тарас Самборский на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем.
Д.Щ.: Что ж, вы помните, кто не помнит, тем расскажем. На улице Майской, практически напротив мечети, у нас находился Сквер Дружбы народов. С момента, когда он был как-то обустроен, а как в Сургуте это обычно обустраивается: сохранен какой-то кусочек леса, там поставили какое-то освещение, какие-то лавочки, бюст болгарскому строителю Георгию Димитрову. Наши болгарские товарищи участвовали отчасти в строительстве и этого сквера, и строительстве Сургута. И, собственно, с тех пор нога и рука строителей и благоустроителей к этому скверу не приближались.
И вот спустя десятилетия городская власть взялась за этот вопрос после того, как сургутяне отголосовали за этот сквер в том числе на голосовании по формированию комфортной городской среды, и все сделали. Теперь там у нас все стало красивее, там стоит такая красивая арка «Сквер Дружбы народов», там хорошие красивые светильнички, там площадка для выгула собак, там один из наших прекрасных бронзовых лисят, которые разбросаны по всему городу, он там тоже один расположился. Можете присылать фотографии, где вы его нашли, если вы его нашли.
Но оттуда ушел тот самый исторический момент, то есть бюст Георгию Димитрову. Тарас, как бы ты оценил это решение о том, что этот бюст перенесли в Сургутский краеведческий музей и, соответственно, из этого места он исчез, и вот этот кусочек историзма, который там сохранялся, тоже, так сказать, выветрился?
Т.С.: Как нетрудно предположить, Георгий Димитров — не мой исторический герой, конечно. Это не строитель, это ты оговорился.
Д.Щ.: Партийный строитель?
Т.С.: Он в каком смысле строитель? Он строитель социалистической Болгарии после Второй мировой войны, который был уничтожен Сталиным, по одной из версий. Физически, да, ему помогли, человек болел, но ему помогли болеть быстрее, чем это могло бы длиться, после того как Болгария позволила быть вовлеченной в переговорный процесс с диктатором Югославии Иосипом Броз Тито о создании конфедерации из Югославии, Болгарии, Румынии и Греции, капиталистической страны. У Сталина по этому поводу случился неврастенический припадок, и все, до кого он смог добраться, они каким-то образом очень быстренько покинули нас, скажем так, не нас, а своих современников. Один ускользнул Тито и все-таки сумел построить обособленное социалистическое государство без помощи старшего брата.
Это такая история. Но, кстати говоря, уже одной этой истории, весьма интересной, вполне хватило бы для того, чтобы из Сквера Дружбы народов создать исторический и культурный такой познавательный аттракцион. Ведь скверы, они же все похожи: деревья, дорожки, фонари, лавки, урны. Их как-то надо разнообразить, им надо давать какую-то тематическую особенность и это обыгрывать. Это же, опять-таки, развитие в том числе и интеллектуального уровня граждан, гостей. Поэтому, конечно же, с переносом бюста Георгия Димитрова в другое место, в фонды краеведческого музея, этот сквер потерял свою главную изюминку.
Я бы что сделал? Это не центральная площадь городская, где, например, памятник Ленину смотрелся бы до сих пор неуместно, особенно того качества не очень высокого, какое было у памятника Ленина в Сургуте на площади Советов. Это сквер, один из скверов, не главный сквер, но такой очень уютный, приятный. Само по себе это место очень такое неухоженное: это действительно выезд Майской сюда на набережную, тут Дзержинского улица, тут напротив мечеть, там это пошла, как она называется-то, улица на «Ситимолл»?
Д.Щ.: Никольская.
Т.С.: Да, Никольская. Но оно такое не очень живое, перегружено автотранспортом, и вдруг этот скверик, он очень так делает место уютным.
Я бы Димитрова оставил, а если возможно, я бы его вернул, но сделал бы ровно то, о чем я говорю. Я бы сопроводил пьедестал этому бюсту или каким-то другим образом, может быть, это интерактивная была бы какая-то вещь, которая терпит наши погодные условия, и разместил бы эту историю, которую только что рассказал. Более того, болгары — это ведь интересная страница новейшей истории Сургута. Недаром у нас рядом здесь стоят так называемые болгарские общежития. Болгары участвовали в строительстве Сургута, это был тоже опыт, когда страны соцлагеря обменивались работниками, специалистами. Можно было, раз уж у нас Сквер Дружбы народов, тоже эту вещь обыграть.
Можно было бы сделать столбы, пьедесталы, какие-то экспозиционные сооружения, где год за годом, например, или эпоха за эпохой, или направление за направлением описывались бы те или иные исторические страницы жизни болгар в Сургуте: почему они тут оказались, зачем они, куда они делись. Мы же знаем, что в Сургуте нет диаспоры болгарской, такой массовой, большой, как диаспора азербайджанцев, этого нет. Значит, это интересно. Почему?
И сохранение бюста Димитрова, коммунистического строителя, все понятно, диктатор болгарский был, все понятно, со Сталиным дружил, все понятно, но тем не менее это страница истории. Во всяком случае, уж в Российской Федерации Георгий Димитров, по-моему, ничего такого плохого не сделал. А болгары вообще строили Сургут. Вот это надо объединить и доусовершенствовать наш прекрасный сквер, а он прекрасный, маленький, хороший скверик, уютный, и тогда цены ему не будет.
Сам почин, конечно, великолепный, там очень уютно, все красиво. Идея, кстати говоря, с этими лисятами, разбросанными по всему городу, тоже хороша. Я такую встречал в нескольких европейских городах, не знаю, как в Российской Федерации, есть ли такой опыт, скорее всего, есть. Я видел, по-моему, в польском Вроцлаве, там тоже, правда, маленькие человечки-гномики, они разбросаны по всему городу, и все туристы знают, что надо найти какое-то их количество. Представьте, это все в запрещеных и не очень всяких соцсетях они, я имею в виду туристы, размещают это, и все это повышает узнаваемость города, привлекательность его как туристического места, его брендируют хорошо. Это прекрасная идея.
Но Сквер Дружбы народов должен иметь прямое указание на то, почему он, собственно, так назван. Тогда это было бы вообще великолепно. В принципе, сносить памятники — не очень хорошая вещь. Мне очень импонирует, что в Российской Федерации не сносят памятники в связи с известными событиями, и мы видим, что в этом отношении власти ведут себя весьма достойно.
Здесь, конечно же, снесли памятник не потому, что это политический акт, как в Праге, например, был однажды снесен памятник советскому маршалу Коневу, который освободил Прагу от немцев. Вот 50 лет заслуга Конева почиталась наличием этого памятника, а потом пришли новые власти, очень такие по-другому настроенные, и этот памятник увезли куда-то на склады, потому что этот же Конев в 1968 году руководил операцией по подавлению там пражского восстания. А я бы, наоборот, сделал тоже инсталляцию историческую, потому что история такая, нет исторических персонажей однозначно ужасных. Может быть, есть, конечно, вот, конечно, есть, но это единицы. Ну уж точно это не относится к Георгию Димитрову, все-таки это можно было бы оставить.
Д.Щ.: Здесь я бы, может, добавил то, что можно оттолкнуться от дружбы советского и болгарского народов или русского и болгарского народов в разрезе именно этого сквера и развить эту идею. Сделать там стенды о том, как в Сургуте работали азербайджанцы, как приезжали люди из Татарстана, например, чтобы осваивать нефть, как приезжали люди, вплоть до каких-нибудь немцев, и так далее, и так далее.
То есть у нас же очень много национальностей, и у нас вся эта национальная политика, в принципе, выстраивается и процветает. И сделать просто в этом сквере несколько инсталляций про действительно разные народы, которые Сургут строили, развивали, добывали нефть, помогали что-то еще делать. Много что, наверное, есть рассказать из нашей истории даже последних 50 лет, более чем хватило бы на такое хорошее дополнение этого самого сквера таким историческим, познавательным и в хорошем смысле пропагандистским контентом в плане пропаганды такого разнообразия на территории города Сургута.
Что ж, будем заканчивать наш сегодняшний разговор. Читайте расшифровку этого разговора на siapress.ru, пишите комментарии, что вы думаете на эту тему, на тему развития этого самого Сквера Дружбы народов, что там вообще можно делать. Через неделю вновь с вами услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.
