В Сургуте планируют благоустроить ГРЭСовский пятачок примерно за 190 миллионов рублей и превратить пустырь в новый сквер. Но пока представленный проект вызывает вопросы: что означает стеклянный объект в центре пространства, кто разработал концепцию и как эта территория будет жить после открытия?
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему общественные пространства нельзя проектировать в тиши чиновничьих кабинетов, какое искусство действительно может работать на город, зачем ГРЭСовскому пятачку хороший общепит и почему Сургуту необходима большая открытость при создании новых скверов.
Дмитрий Щеглов: В Сургуте появится новый сквер. Он будет располагаться на так называемом ГРЭСовском пятачке, если кому-то все еще известно такое название. Это такое небольшое пространство, которое находится возле бульвара Свободы и улицы Энергетиков, недалеко от Майской. Раньше там было здание, которое благополучно снесли. Здание недостроенное было, поэтому не жалко. И сейчас сургутские власти за примерно 190 миллионов рублей хотят его благоустроить и сделать там сквер.
Обсудим эту историю. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Здравствуй, Дима, здравствуйте, все друзья.
Д.Щ.: Обсудим эту историю. Как известно, сургутская бизнесвумен некогда начала строить там здание, возможно, офисное. По крайней мере, оно не было достроено и очень долго стояло за забором и уродовало то самое пространство ГРЭСовского пятачка. В 2024 году все-таки удалось это чудовище снести, и с тех пор там находится пустырь. Сейчас сургутские власти планируют этот пустырь чем-то полезным занять.
У нас есть несколько картинок, вы их увидите в публикации, где вы сейчас смотрите или слушаете наш разговор. Соответственно, Тарас, вопрос к тебе: как тебе вся эта история с этим пространством, что бы там могло находиться интересное и как тебе вообще этот первичный проект, который нам показали?
Т.С.: Пространством пятачка занимаются, это уже хорошо, то есть территорию не бросают. Судя по картинкам, которые я вижу, мы обнаруживаем традиционный сургутский подход: в недрах каких-то неизвестных общественности архитектурных контор что-то рисуется. Все это очень шаблонно, не видно того, что сделает пятачок уникальным.
Я не понимаю, что это за стеклянная штука, что она символизирует, является это скульптурой или является малой архитектурной формой, кто ее придумал, кому нравится вот это все? Я не против того. То есть, если это скульптура, например, я не знаю, какой-нибудь воскресший из гроба Зураб Церетели бы нам подарил такую скульптуру, он все, что не наваяет, — это уже бренд, правда? Несмотря на то, что его творчество не в списке моих приоритетов, и тем не менее, и тем не менее.
Поэтому, когда вы берете знаковую вещь на рынке арт-искусства мировом или российском и привозите в город, устанавливаете ее, город от этого становится богаче. Искусство — вещь спорная, но тем не менее, потому оно и искусство. А чтобы в искусстве стать звездой, люди достаточно много стараются. Правда, господин Малевич просто кисточки разрабатывал, ему надо было черную краску отработать, нарисовал гениальное изображение, никто не понимает почему, тем не менее. Вот то же самое с этой штукой стеклянной.
Второй вопрос мой: почему бы нам, не нам, а вам, товарищи, кто руководит этими процессами, не рассказывать более подробно, кто занимается проектом пятачка, какой архитектор? Мог бы этот самый архитектор, какой-нибудь маэстро, объяснить свой замысел.
Д.Щ.: Ну да, то есть какая-то стеклянная штуковина посередине явно требует какого-то раскрытия.
Т.С.: Я знаю, как это объясняют чиновники из архитектуры, они скажут: это будет у нас смысловой акцент, это доминанта. И вот этими словами бросаются, а мы уже над ними смеемся. Мы же слышали про 30-этажный дом посреди микрорайона в ядре центра города — это будет доминанта архитектурная. А люди такие, открыв рты, в восторге хлопают в ладоши.
Вот эти все моменты надо объяснять общественности, потому что Сургут, несмотря на то, что политика по развитию его городского пространства достаточно активная, или активизируется, я бы уточнил, и скверы мы разбиваем, все показывает очень архаичный подход в этом вопросе. Просто очень архаичный.
Сама история этого пятачка, она такая полутрагически-полуанекдотическая, потому что действительно тогдашний мэр с барского плеча подарил пятачок предпринимательнице Вере Иванишиной, которая на тот момент увлекалась Либерально-демократической партией. И вот, чтобы никаких проблем на очередных выборах, то ли мэра, то ли в Думу, я уже не помню, Вера Иванишина не создала, ей был просто подарен этот кусок. Центровой кусок города, на котором это лучеобразный такой перекресток: бульвар Свободы, Энергетиков, Майская — там прямо как звезда мерседесовского значка получается.
И вот он просто взял и отдал ей это зачем-то. На примере этой стройки мы видим, как необразованные, неподготовленные совершенно к такой работе, как строить что-то на городском пространстве, люди берут и уродуют это самое городское пространство. Все, слава богу, позади. Теперь к тому, что бы мы там увидели.
По мне так, в таком месте, конечно же, архитектурное решение должно учитывать размещение правильного общепита. Когда я говорю про правильный общепит, я подразумеваю не шаурмичную, не шашлычную, не вот это все с кострами, с дымами, с вонью, не гоп-ца-ца, где женщины бальзаковского возраста радостно оттанцовывают новогодний корпоратив. Я имею в виду что-то семейное, городское.
По примеру, кстати говоря, проданного недавно здесь же единственного приличного общепита во всей этой территории — кафе «Баскин Роббинс». Больше 20 лет было совершенно милое, чудесное заведение, ничего в нем такого, естественно, архитектурного не было, оно просто было теплое, уютное и, в общем-то, простите меня, социально ориентированное. Потому что продажа мороженого, продажа каких-то таких приятных безалкогольных напитков — это всегда хорошо. Не знаю, почему закрылся этот бизнес. Я допускаю, что повлияло и снижение выручки, повлиял и рост издержек, то есть все те факторы, которые в Сургуте мы наблюдаем у малого бизнеса.
И здесь я опять повторю в тысячный раз: подобный бизнес социально ориентирован, даже если это коммерческий бизнес, общепит, он должен получать преференции от властей существенные. Вот его город должен освобождать, малый бизнес, например, от налога на имущество.
Д.Щ.: Да.
Т.С.: Если это шиномонтажка — она должна ему увеличивать налог на имущество, конечно же. Мы наблюдаем, что у нас шиномонтажки растут, торговые центры непонятного назначения растут, все у них хорошо с деньгами, а приличный бизнес чахнет.
Значит, по пятачку. Вообще в вопросах нашего паркового строительства городского должна демонстрироваться другая степень открытости. Пока мы видим, что каждый сквер, каждое изменение в парке является результатом работы в тиши кабинетов чиновников. Чего-то они там понапридумывали, получили деньги, нашли, взяли федеральные деньги или окружные: «О, мы тут дорожки проложим за Саймой». Или мы тут построим вам пятачок.
А кто это делает, что это делает, что вы хотите сказать вот этими всякими архитектурными решениями? А как он будет жить, какой жизнью, не превратится ли он в очередную пустошь типа нашей так называемой центральной площади? Мы этого не знаем. Что это за стела из стекла? Это какая-то действительно дорогая вещь, вы ее купили на каком-то аукционе, привезли в Сургут? Это кто, что? Если это просто, опять-таки, фантазия того или иного чиновника, нам не нужна эта стекляшка, она ничего не символизирует, она ничего не объясняет.
Привезите искусство наконец. Давайте будем этим заниматься. Не очередную штамповку с Каслинского завода чугунного литья, не очередного кабана с бакенбардами Пушкина, а привезите, привезите хотя бы, я не знаю, Зураба Церетели. Чисто не мой фасончик, сразу предупреждаю, но тем не менее — это уже клеймо. Знаете, Зураб Церетели — клеймо. Я не знаю, давайте, хорошо, давайте китч привезем какой-нибудь. Если вам китч Церетели не нравится, вот Энди Уорхол — тоже китч. Но видите, у нас Энди Уорхоллов что-то на городских улицах не встретишь, почему-то никто этим не занимается.
Попробуйте этим путем пойти, тогда город будет оживать, тогда мы будем понимать, что за этим стеклянным столбом кроется какая-то идея, причем идея, предложенная художником. Чем художник отличается от чиновника? Чиновник думает, что он все знает — это как Сталин, вот он все знал. Он учебники по русскому писал, учебники по медицине писал, по генетике писал. А на самом деле только художник может создать образ, внедрить его в то или иное пространство, если мы говорим сейчас об уличной архитектуре, об уличном ландшафте, и этот образ будет работать и продвигать территорию. А образ, который родился в голове даже очень талантливого какого-то чиновника безымянного, он не продвигает пространство. Вот это надо понимать.
И в этом плане за идеями, за обучением, за обменом опытом даже я бы просто рекомендовал познакомиться с тем, что делает Галицкий в Краснодаре, что делают те же чиновники совместно с крупными предпринимателями, российскими олигархами в Сочи, что делает Собянин в Москве, что делается на протяжении нескольких администраций, более провинциально, но в Тюмени. То есть опыт есть.
Поэтому пятачок будет застраиваться как-то, развиваться, оживать — это прекрасно, молодцы. Формат надо переводить в более такой уже профессиональный, не искусствоведческий, а смысловой. Общественное пространство обсуждать и делать. Я на месте архитекторов городских предусмотрел бы там хороший городской общепит. Может быть, фастфуд, может быть, какой-нибудь... Я вот слово чуть «Макдоналдс» не сказал — он называется «Вкусно — и точка». Давайте поставим точку в многолетней тяжелой судьбе нашего пятачка и сделаем что-нибудь вкусное.
Д.Щ.: Да. Что ж, дорогие друзья, пожалуйста, если у вас есть какие-то мысли по этому поводу... Мне кажется, такой вопрос более дискуссионный, чем многие из тех, что мы обсуждаем. Что могло бы располагаться на этом самом ГРЭСовском пятачке, что там можно сделать архитектурно, концептуально? Может быть, действительно какой-то общепит интересный. Пишите, пожалуйста, в комментариях, мы будем это все дело публиковать. И до новых встреч, через неделю вновь услышимся, а может быть, и раньше. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.
Предыдущий выпуск «О чем говорят» был посвящен видам спорта, которые стоит развивать в Югре.
