Всякое пережил Сургут за свои более четырех веков. В его биографии были подъемы и падения. Город был центром огромного края и выгорал дотла, затем снова поднимался.
В 1840 году в Сургуте произошло страшное событие – опустошительный пожар, причины которого так и остались неизвестными. Огонь практически уничтожил город, оставив после себя лишь пепелище.
В результате пожара были уничтожены: 83 жилых дома, деревянная церковь, городская ограда, караульня, казачья сборная изба, питейный дом с подвалом.
Процесс возрождения города был долгим и трудным. Ученый-лингвист Матиас Александр Кастрен, посетивший Сибирь по поручению Санкт-Петербургской академии наук для дальнейшего изучения местных языков, описывал в 1845 году печальную сургутскую картину так: «Здесь нет ни одной приличной улицы, ни одной хорошей постройки, здесь редки даже окна из стекол, целая чашка является редким исключением, несколько жалких лачуг, беспорядочно разбросанных посреди пожарищ…».
Матиас Кастрен (1813-1852гг) во время путешествия в Сибирь, посетил Сургут в 1845 году. Фото: Pourreg.ru
Несмотря на масштаб разрушений, город постепенно восстанавливался. К 1850-м годам Сургут значительно преобразился: было построено 160 новых домов. Сургут не только восстановился, но и продолжал развиваться. В последующие десятилетия город укрепил свои позиции как важный торговый центр Тобольской губернии, а культурная жизнь получила новый импульс развития.
Это трагическое событие стало важной вехой в истории города, показав стойкость и силу его жителей в преодолении трудностей.
У каждого города есть свои традиции, своя богатая история. Но как много еще «белых пятен» и совсем непознанных периодов сургутской жизни! Когда мы пишем о родном городе, то чаще всего употребляем такую временную категорию, как век, а что было и как было в то или иное столетие, толком не знаем. И все-таки с уверенностью можно заявить, что в Сургуте всегда жили трудолюбивые, смелые и честные люди. Они знали и горячо любили свой край, берегли его леса, воды, животный и растительный мир. Пронесшиеся над Сургутом столетия не оскудели его природу, а вот последние тридцать-тридцать пять лет прошлого столетия нанесли ей невосполнимый урон. Это горькая правда, и от нее никуда не уйдешь, как бы грустно не было.
