16+

«Цифровой аккордеон — очень молодой инструмент, малоосвоенный в России, поэтому очень приятно было победить в этой номинации» // ТЕКСТ, ВИДЕО

Онлайн-конференция с Марией Кушниковой, музыкантом-обладателем «Кубка Мира»

Мы говорим о музыке с сургутянкой Марией Кушниковой, которая заняла первое место в номинации «Электронный аккордеон» на 69-м Международном конкурсе аккордеонистов и баянистов «Кубок Мира».

Лилия Сулейманова: Здравствуйте, уважаемые зрители портала siapress.ru. Сегодня у нас онлайн-конференция с победителем кубка мира среди аккордеонистов и баянистов Марией Кушниковой. И в гостях у нас её мама, Анжелика Кушникова. Здравствуйте.

Мария Кушникова: Здравствуйте!

Анжелика Кушникова: Добрый вечер.

Л. С.: Мария, во-первых, поздравляю вас от агентства СИА-ПРЕСС с победой. Желаем вам дальнейших успехов в вашей деятельности, и пусть полку в вашем доме украсит не один такой кубок.

М. К.: Спасибо большое!

Л. С.: Хотелось бы в первую очередь спросить, когда проходил кубок, что там было, было ли сложно. Расскажите нам, мы практически ничего не знаем об этом виде музыки, то есть очень мало известно, что у нас есть такие кубки, оказывается.

М. К.: Да. Кубок мира, 69-й, проходил с 11 по 17 сентября 2016 года. Впервые за 80 лет существования конкурса кубок проходит в России. Проходил он в городе Ростов-на-Дону. Проходил он по инициативе Юрия Васильевича Шишкина, потому что на съезде членов конфедерации он уговорил представителей конфедерации, для того, чтобы конкурс проходил в России, потому что уже многие годы именно Россия занимает призовые места на этом конкурсе.

Л. С.: А я знаю, что у вас были некоторые трудности с попаданием на этот кубок? И можно сказать, что наше агентство вам помогло добрать до Ростова и выступить, и привезти награду в Сургут. Поэтому, думаю, Анжелика нам расскажет, с чем вам пришлось столкнуться?

А. К.: Ой, знаете, у нас, конечно, попросту я Тарасу Владимировичу так и написала в письме: «Помогите не в горе, а в радости». Потому что как бы подготовка к поездке занимала время как раз перед выборами, и почему-то мы были уверены, что — нам много-то не надо было, нам немножко нужна была помощь чисто материального плана — и я была спокойна. Думаю, ну, там, депутаты у нас, куча помощников, заинтересованных там в народах, как они рассказывают, в талантах юных. Нет, вы знаете, не интересно никому это. Все бы рады помочь, когда какое-то горе, страшное дело. В общем, смысл, я так понимаю, яркий, жёсткий пиар. Все любят смаковать жёсткие вещи. Ну а тут, ну что такое? Ну, подумаешь, ну на кубок там ребёнок. Какой вообще кубок? Кто знает про этот кубок? Ну вот. Это мы уже знаем, в общем, что, по сути, этот кубок — это как Олимпиада для спортсменов. То есть это одно из самых таких. Конечно, Маша не упомянула, там есть самый главный кубок — она его не привезла, но ещё и не может привезти, потому что там большой такой кубок, солидный. Он вручается за концертную деятельность. Ну, мы пока не участвуем, она вообще пока товарищ несовершеннолетний ещё, не дошли мы до такого уровня. Но там действительно профессионалы. Я вот видела мальчика, выступал уже на гала-концерте. Руки — ходуном ходят! Это не передать. Ну, и вот, мы так с ней готовились — что к одному, другому, третьему. Я уже даже не буду, честно вам скажу, перечислять. Но Тарас Владимирович меня просто шокировал. Потому что мгновенно было принято решение, и на следующий день — вот, я отправила письмо, и на следующий день мы уже знали, что нам купили билеты. Так что, в общем-то, огромная благодарность ему и дай бог СИА-ПРЕСС стоять на ногах. Жизнь – штука сложная, когда-то, может, мы вам поможем, кто его знает. Так что вот, спасибо, и дай бог вам процветания. У вас 25 лет, пусть ещё как минимум раза по три по 25.

Л. С.: Спасибо, а скажите вот ещё. Мне уже рассказывали, так сказать, по телефону, что были у вас проблемы с перелётом. Всё-таки баян — вещь громоздкая, большая.

А. К.: Аккордеон.

Л. С.: Аккордеон, извините. Я запомню.

А. К.: Да, это тоже. И, кстати, тоже нам помогли отчасти и Дмитрий Щеглов — ваш главный редактор. Он как бы немножко в эту тему вошёл, помог. Смысл-то в чём. Аккордеон не может пройти по габаритам как ручная кладь. По весу — чуть-чуть больше. То есть, ручная требует 10 максимум, у нас — 12. В общем, везде чуть-чуть: там чуть-чуть по габаритам, здесь чуть-чуть по весу. Но вы же понимаете — разве можно такую вещь сдать в багаж? Я вышла на «ЮТэйр». Тоже там обращением, и так и сяк. Получила ответ, что, извините, как бы, напишите нам такую же просьбу, но на официальном бланке, заверенном администрацией города и подписанным руководителем. Верите, нет, я сутки смаковала эту формулировку: какой бланк, какой город? Зачем это надо, если я прямым текстом пишу: «Едем на конкурс, разрешите провезти в салоне самолёта как ручную кладь». Ну, в общем, в один прекрасный момент созрело. Видимо, как называется, материнское у меня взяло, накипело. И отправляю гневное письмо напрямую — вы, наверное, знаете, есть такая программа «Статус» у «ЮТэйра», и с обратной связью — вот, я через эту связь написала, что вот, всего-то-навсего попросили, да неужели вы, да не можете. Ну, правда, перезвонило мне официальное тоже лицо, зам, и объяснило, что, видимо мы неправильно друг друга поняли. «Мы решили так, что вы представляете какой-то благотворительный фонд и хотите провезти бесплатно, ну, команду музыкантов». Я говорю: «Я не фонд», хотя, это ещё вопрос, ещё тот фонд, да, Маша? Но, тем не менее, что я вот просто мама, мне просто надо доставить ребёнка и просто привести её с инструментом, тем более, что инструмент не наш. Это дорогое очень удовольствие. Может, когда-то, конечно, мы чего-то там сможем, может, заработает у нас товарищ на аккордеон себе, но пока нет, конечно. И, в общем-то, вот так вот переговорили. «Извините, всё понятно, не волнуйтесь, поможем чем сможем». И, в итоге, нам дали добро. То есть к билетам была, опять же, официально бумага, что с нами будет в ручной клади ценность — аккордеон. Указали мы и габариты, и вес, и всё. Ну, я думала, что, в общем-то, этого достаточно. Это же серьёзный документ! Нет, недостаточно. Заходим в салон самолёта. Его же нужно где-то поставить, не на руках же его держать, да? А с учётом наших самолётных вариантов — очень тесненько-то в самолёте, мягко говоря. Хорошо, когда есть свободные места — были там ситуации, вот, сюда, пожалуйста. А когда их нет? Бизне-класс может быть вообще свободным. А там, я думаю, вы представляете, что такое бизнес-класс. Там и расстояния хорошие между креслами, и всё. Ну, это не наш вариант. И, в общем, доходило, конечно, до смешного. Я там уже была в готовности, знаете, такой, «в бой идут». Ну, слава богу, обошлось как-то. Находились всегда нужные люди, понимающие, и провезли. Ну, Маша мне всю дорогу говорит: «Мама, ну как бы я без тебя, как бы я?». Потому что, ну, извините, мама в роли овчарки. Так вот, в случае чего. Мы очень тактично, всех любим, уважаем, но если надо — извините, мы могём. Так что, вот, с приключеньицами, в общем, у нас было.

Л. С.: Ну, мы рады, что вы всё-таки туда добрались. Не зря вы съездили, в любом случае. Теперь у нас Сургут пополнился ещё одним чемпионом мира. Да? То есть, ну, вообще.

А. К.: Их вообще двое из Сургута.

Л. С.: Их в Сургуте двое, да?

А. К.: Да. Второй тоже, кстати, ученик, ну, правда, постарше, 19 ему лет. Родион его зовут, Родион Широков. Вот. Тоже учатся в одном колледже, даже у одного преподавателя. Представляете, преподавателю какой подарок — сразу двое, и оба с кубками. У него другая номинация. Маш, какая у него номинация?

М. К.: Он решил поучаствовать почти во всех номинациях — где-нибудь да попадёт. С этим учётом. И он участвовал в номинации «Эстрадные исполнители», «Мастера концертного исполнительства», то есть это вторая после главной номинации, там, где очень серьёзную и сложную музыку люди исполняют. Вот, в этих номинациях.

Л. С.: А, тут стоит упомянуть, что Мария у нас победила в номинации «Цифровой аккордеон», правильно? И, то есть, сколько соперников вы обошли?

М. К.: Ну, до этапа Кубка мира дошло всего трое. Потому что до этого ещё у нас в России шёл отбор. И я разговаривала с участником моей номинации, с итальянцем, и он рассказывал, что у них тоже отбор шёл точно так же. Но так как в Италии занимаются производством цифровых инструментов, по большей части, многие акустические в них встроены датчики, ну, у них там очень серьёзный отбор проходил тоже.

Л. С.: То есть три человека было?

М. К.: Да, но России было выделено всего восемь рекомендаций. То есть члены жюри очень тщательно отбирали тех, кто будет представлять Россию на Кубке.

А. К.: Можно я дополню? Дело в том, что инструмент в общем-то достаточно молодой. Молодой, неосвоенный и у нас в стране ещё очень-очень слабенько. Это, опять же, заслуга её преподавателя, который в своё время увидел, где-то тоже, да, на конкурсе?

М. К.: В 2014 году в Австрии тоже проходил Кубок мира. И вот там он присутствовал со своими учениками, и впервые увидел эту номинацию.

А. К.: Ну, и, соответственно, он инициировал покупку инструмента, и колледж приобрёл. И благодаря этому она и узнала. Она год всего лишь занимается с этим аккордеоном. И в мире — сколько ты говорила, две компании только, которые выпускают пока ещё? Ну, то есть, пока не раскрученная тема, и поэтому нет такого бешенного ажиотажа. Но, тем не менее, я к чему клоню, на Кубке мира слабаков не бывает. Потому что, ну, там действительно попадают с каждой страны свои наборы конкурсов и рекомендаций тем более. А у неё рекомендации именно на участие, представлять страну. Там кому попало, конечно, не дают. То есть, это всегда. Ну, она просто скромничает, а я вот так, честно, что там не бывает слабых, там всегда сильные участвуют, достойные соперники. Даже если он там одни, но там такой! Вы бы видели Валерио этого, да? Охх. Красота. Она-то не видела, а я-то сидела в зале как раз, когда шли их конкурсные отборы. И слышала всех участников.

Л. С.: Маша, а расскажи, пожалуйста, как ты вообще решила заниматься, почему выбрала этот инструмент? Вот, у нас читатели СИА-ПРЕССа интересуются.

А. К.: Можно я расскажу?

Л. С.: Можете и вы.

А. К.: Маш, можно я? А ты продолжишь. Потому что это, правда, история интереснейшая. Вечером прихожу с работы — ну, это только-только она пошла в первый класс, отучились, наверное, недельки две. Малышня. Звонок на домашний телефон. «Здравствуйте». — «Здравствуйте». — «Вы — Кушникова Анжелика Анатольевна?» — «Да». — «Мы приглашаем вас на родительское собрание в школу искусств № 1». Я говорю: «Подождите. Зачем меня на родительское собрание?» «Ну как, как обычно, в начале года, у нас проходят родительские собрания для родителей детей, наших обучающихся». Я говорю: «Я рада за вас. Но я не понимаю, зачем вы мне звоните? Мы как бы не обучаемся». Встречная пауза. И вопрос: «Кушникова Маша — ваша дочь?» Я говорю: «Моя». «Ну, так она уже неделю ходит к нам, учится». Я говорю: «Как неделю?» Она сама пошла, вот эта мелюзга, записалась в музыкальную школу, выбрала сама аккордеон. Вообще, честно, никто не навязывал, разговоров дома даже не было. Знаете, как бывает, что с детства девочки на пианино там что-то — вообще не было никаких разговоров! И тут вот — бац! В итоге, да, прихожу на собрание, а она там уже вовсю учится. Всё. То есть, чисто её выбор.

М. К.: Да, но как вот я пошла. Всё это случилось на уроке математики. Нам тогда сорвали мои будущие преподаватели контрольную по математике. Это тоже был стимул. Они зашли и начали играть на гармошках. Слимкины Лидия Ивановна и Константин Павлович. Ну, вроде бы ничего особенного, разные народные мелодии они играли, но с каждой новой песней размер гармошки уменьшался. И когда мой преподаватель достал вот такую вот маленькую гармошку, мне это понравилось очень. И преподаватели сказали: «Хотите научиться играть точно так же, на таких же гармошках? Приходите к нам, в школу искусств № 1». Ну, я и захотела. Пришла в школу искусств, и там как раз шёл отбор: проверяли на слух, интонирование — умение петь. И меня определили в секцию аккордеона. Ну, вообще, я даже не подозревала, что буду играть на аккордеоне, так меня поставили. Но я тоже этим довольна. И знаете, спустя несколько лет, когда я была в восьмом классе, я подошла к своему учителю и спросила: «Вы же обещали научить меня играть на гармошке, и так и не научили!» И преподаватель сказал: «Так ты в обратном направлении пошла, от меньшего к большему. Сначала играла на маленьком аккордеоне, по росту, а потом он всё больше и больше становился».

Л. С.: А до этого, получается, если ты только год занимаешься цифровым аккордеоном, до этого ты играла?…

М. К.: До этого я играла на акустическом — это обычный аккордеон.

Л. С.: В чём разница?

М. К.: Ну, во-первых, в отсутствии на акустическом кнопочек разнообразных.

А. К.: И звук, в первую очередь, о чём речь.

М. К.: И звук, да. Электронный аккордеон — это, по сути, синтезатор, но только он во множество раз интереснее и сложнее по устройству своему.

Л. С.: А почему решила перейти на электронный?

М. К.: Я и не уходила с акустического аккордеона. Просто у нас в колледже, как меня просветил мой преподаватель, уже сейчас который преподаёт у меня, Жмафин Анатолий Борисович, у них в колледже есть кружок игры на электронных инструментах. Ну, и я решила, почему бы и не попробовать. Вот, мы начали разбирать этот инструмент. Мне было, конечно, интересно, но не особо. А потом, на одном из уроков, он показал нам видео с Кубка мира, видео победительницы прошлого года, Анетты Скок из Финляндии. Я вам скажу, она так играла, мне так понравилось это, я захотела тоже развиваться в этом направлении, потому что я поняла, что в нём можно творить невозможные вещи.

Л. С.: Угу, а как вообще выбирала композицию, с которой ты выступила на Кубке мира? У нас это была сокращённая версия, я правильно понимаю, в студии? А там была 15-минутная?

М. К.: Да. Главное условие моей номинации — это уложиться в 15 минут. Ну, и также даётся две минуты на настройку инструмента. И программа свободного характера, то есть там может быть танцевальная. Главное, чтобы пьесы отличались друг от друга стилями. И мы решили, что нужно обязательно выбрать какую-нибудь классическую пьесу — я играла Лядова «Музыкальная табакерка». А музыкальная табакерка — что это? Это шкатулки старинные. И было очень интересно попробовать вот именно изобразить её по звукам и внешне. Получился очень интересный номер, мы решили обязательно его оставить. Также я просто любитель джаза огромный, поэтому я сказала преподавателю, что нужно обязательно что-нибудь джазовое. И предложила вот эту вот пьесу. Я сделала свою аранжировку чарльстона. Это, конечно, танцевальное больше произведение, нежели джазовое, но я решила совместить два стиля. Ну, и плюс, я очень люблю шляпы. И последняя пьеса была, завершающая, это бразильская самба «Тика-тико». Ну, очень актуально, особенно после Олимпиады в Рио. Ну, и мы решили, почему бы и не сыграть, не поддержать эту тему.

Л. С.: А до того, как поехать на Кубок мира, тебе нужно было, как и другим спортсменам, выиграть что-то в России, правильно же?

М. К.: Да.

Л. С.: Вот, расскажи, пожалуйста, какие ты прошла этапы до Кубка мира?

М. К.: Существует система отбора, она так и называется «Чемпион России — чемпион мира». Для того, чтобы попасть на Кубок мира, нужно получить рекомендацию. Каждый год представители конфедерации у нас в России отбирают определённый список конкурсов, на которых можно получить рекомендацию. То есть это не любительские конкурсы, которые проходят в городах, домашние. Это очень крупномасштабные конкурсы, на которые приезжают именитые члены жюри, такие, например, как Вячеслав Семёнов. Он очень известен у нас, в мире баянного искусства, профессор кафедры народных инструментов в академии музыки имени Гнесиных. И вот он очень часто присутствует на таких крупномасштабных конкурсах, и от его решения очень часто зависит, получит тот или иной музыкант рекомендации или нет. И в прошлом году, как раз среди таких конкурсов в списке была «Югория-2016», на которой я и получила, собственно говоря, рекомендацию. Конкурс был очень сложный, потому что были представители различных номинаций. Я считаю, что он очень приближён к Кубку по номинациям. Ну, и, конечно же, если сравнивать, мне даже «Югория» больше, чем Кубок понравился, по организации.

Л. С.: Про проблемы с организацией мы тоже уже за кулисами немного поговорили с Анжеликой. Расскажите тоже, как у нас на Кубке мира обстояли дела?

А. К.: Я, кстати, просто в дополнение к тому, что она говорила. Она сама делает аранжировки этих всех своих выступлений. И на Кубок мира в обязательном порядке от нас требовали ноты именно тех произведений, которые звучали, и с указанием, кто обработал. И вот она указывала, что она аранжировщик, и это тоже было плюсом. Ну, это так, дополнение. А что касается, конечно, организации. Это тема такая, щепетильная. У нас если спросить, что вам больше всего понравилось на конкурсе — ну, не считая, конечно, победного вот этого шествия — нам больше всего понравилась гостиница. Потому что, ну, на самом деле, по-моему такой организации. Мы уже как бы поездили с ней по конкурсам. Ну, конечно, не такого уровня, но, тем не менее, мы были тоже на международном, имени Бердыва, в Тобольске. Очень мне понравилось. Там всё чики-пики, по-другому не скажешь. Слажено, всё, никакого беспорядка. Здесь… Разруха, что называется. Все что-то бегают, все суетятся. Мы неместные, мы не знаем ни город, ни тем более учреждения, в которых проходят мероприятия. Куда идти, к кому обратиться. Ну, просто даже не представляю. Если бы мы ещё не говорили на одном, русском языке, то, наверное, мы бы там вообще попали. Хотя, опять же, иностранцам там было проще. За ними там закрепляли волонтёров, и, в общем, с ними ходили везде. А мы… Ну, совдеповский вариант, сами там как-нибудь, возле лестницы посидите, как-нибудь порепетируйте. Примерно в таком ухе. Ну, и, честно говоря, меня шокировал — может быть, так уже принято, может быть, я просто не сталкивалась, — но меня шокировал тот факт, что все мероприятия, которые проходили в рамках конкурса — а там было много концертов, потому что они приглашали чемпионов предыдущих кубков, разного плана были интересные концерты, в том числе и открытие конкурса — всё это за отдельную плату. И, ну, как бы, ладно, остальные концерты можно понять. Но открытие. Но участник — и за отдельную плату? Вообще, это как-то дико звучало.

Л. С.: Вход, вы имеете в виду?

А. К.: Вход. И, в общем, скажу прямо, мы на открытие не ходили. Как раз по этим самым причинам. На закрытие ей, значит, предложили пригласительный, а мне сказали — пойдите, купите. Там до пяти тысяч стоимость. Ну, я, опять же, как овчарка, приоткрыла пасть, потому что, говорю, ну, ё-моё, она бы без меня вообще бы не приехала, она несовершеннолетняя, ей нельзя как бы пока одной. И тут как раз попал момент, пока я тут «булькаю громко», недовольно, привезли как раз группу иностранцев, полный автобус их выгрузили. И они заходят, а я, значит, в позе, стойке. И ко мне тут же подлетает дамочка одна: «Тише-тише, не шумите! Вот, возьмите пригласительный, и идите. Приходите, мы будем вас ждать». В общем, мне повезло, видимо, с приездом иностранцев, или им повезло, что я быстро успокоилась, получив билетик. Но, в итоге, не понадобились нам эти билеты, потому что — тоже шоу было отдельное, песня, — за час до закрытия, где нам говорили результаты, ей сообщили, что, пожалуйста, придите с инструментом. Это, соответственно, первая ласточка. Потому что если с инструментом, значит, она будет участвовать в гала-концерте, а гала-концерт — это всегда какие-то призёры. Там, второе, третье, первое — но, в любом случае, уже что-то у нас есть. Ну, в общем, мы такие радостные, довольные, приходим — и не можем зайти в зал. Потому что мы же пришли пораньше, с целью, извините, переобуться, привести себя в порядок, чтобы выступать. Тем более, ей сказали: «Вы открываете концерт». Как Маша сказала «на входе стоит дама», ну, я так понимаю, это билетёрша по-русски. Маша её назвала «тётя-танк». Ну, там правда такая тётя, зажигательная, блондинка. Я подхожу, говорю, так и так, нас пригласили участвовать, ну, не просто участвовать, а начать концерт. Как бы нам пройти за кулисы? И вообще. А она мне говорит: «Стойте, и ждите. Вот, сейчас время подойдёт, двери откроют, и пойдёте». Я ей опять: «Вы меня не поняли. Мы не просто посидеть. Надо ей пройти за кулисы». Это же электронный инструмент, он подключается там к колонкам, ну и так далее, к акустике. «Нет, я вам сказала». Ну, ругаться, опять же, много народу в холле, вроде как неприлично. Тут же иностранцы — что же, сразу показать, какая громкая и звонкая у нас Россия? Не успела я, подключилось итальянское жюри, женщина, я не помню, как её зовут.

М. К.: Она также является организатором именно от иностранцев, то есть, у каждого есть представители. Основные организаторы российские, но также проверить приехали иностранцы. Члены конфедерации, как раз, как сказала мама, возле которых как раз и носились. Вот она увидела вот это вот, я даже не скажу, как её зовут, потому что её не указывали, она даже не была в моей номинации.

А. К.: Вообще, там 30 членов жюри, и наших только трое, да, было? Российских.

М. К.: Наших было трое, и то, в моей номинации не было ни одного.

А. К.: Ни одного не было из России в её ни номинации, ни жюри. Ну, не суть. Суть в том, что, видя вот эту ситуацию, а тут же ещё инструмент тяжёлый. То есть, она стоит наряженная. Мы ж, раз на концерт, надо радовать людей. Она стоит в своём костюме и вот с этим своим рюкзаком — вы видели, да? Чехол этот специальный, в виде рюкзака, в который всё это укладывается. Вот, она, согнувшись, бедненькая, стоит. А там тётя-танк на посту, нет, не пройдёте. И вот эта дама увидела, включилась. Как она начала по-итальянски очень быстро говорить, что, пытается объяснить, пропустите, девочка участвует, пропустите. Ни в какую. И, в итоге, закончилось тем, что итальянка уже прямо с напором, с криком. Услышали этот крик переводчики. Прибежали — что случилось? И давай тут её успокаивать, успокойтесь, успокойтесь. В общем, первую дверь входную мы прошли.

М. К.: Да, я дополню ещё. Почему она начала возмущаться — она подошла ко мне, сначала по-итальянски спросила — ну так, вдруг я «своя» — что какие-то проблемы? Потом по-английски. Я говорю, что да, мы не можем пройти. И уже, получается, она как раз начала обращаться непосредственно к этой «билетёрше».

А. К.: Но самое интересное, почему я говорю «первую крепость мы одолели». Мы вошли внутрь, а дальше двери открываются в зал. Но нам-то не в зал, нам-то за кулисы. А как за эти кулисы попасть? Ну, то есть, если вы приходите первый раз в здание, вы же не знаете, куда идти. Надписей-то нет никаких, ориентиров. Вот, стоит второй «танк». Мы — к ней. Вот, знаете, так-то и так-то, как нам туда попасть? «Вот туда идите». Я говорю: «Спасибо. А немножко бы нам маршрутик поточнее?» «Ну, я же вам показала, вот туда и идите». Я говорю: «Ну, прекрасно», и тоже тут начинаю тихо всхлипывать уже. Подключилась вторая дама, тоже организатор, Инна Николаевна. Это уже наша. Она бегом нас, бегом буквально, отвела в гримёрку, что вот, вам здесь, располагайтесь, переодевайтесь. Ну. В общем, сплошные приключения. И тут уже дело дошло до сцены, уже началось всё действо. Маша на сцену попасть не может. Я говорю — это вообще шоу было сплошное. Рассказывает — там опять иностранцы вмешались.

М. К.: Ну, там да. Очень история необычная. Вообще, началось ещё на награждении. У меня мама уже ушла в зал, я осталась одна. Итальянцы тоже сидели в коридорчике, им разыграться тоже не дали, потому что «нету свободных гримёрок», как сказали. А когда мы пытались подойти, чтобы закрыться и переодеться, к человеку, у которого были ключи: «Я не знаю. не разговаривайте со мной, нельзя со мной разговаривать». Ну, и я тогда, когда мне итальянец объяснил, что я играю первая и выхожу со сцены за кубком, я решила поближе встать. То есть я получила кубок и далеко не отходила. Потому что когда закончится, нужно тут же выскакивать на сцену. Мне нашли волонтёра, опять же, звукорежиссёра, потому что никто не соглашался помочь. Ну, и стою, никому не мешаю, в сторонке. И ко мне подходит женщина, и говорит: «Уйдите отсюда, вы мне мешаете». Они ещё там в последний момент призы собирают в конвертики. То есть, как обычно, всё в конце, и прямо возле сцены. То есть, иностранцы пытались протолкнуться, вылететь на сцену, те, кто играли. Поэтому я подумала — ну ладно, и ушла разговаривать с бразильцем и с итальянцем. Мы там отдельно, своими делами занимались уже. Ну вот, когда подошла очередь выступать, я подошла, а там такая толпа огромная стоит, то есть вообще никак протиснуться нельзя в принципе, а я ещё с инструментом. Я попыталась, у меня ничего не получилось. И выскакивает их местная звезда, Александр Поелуев, такой весь в белом костюмчике: «Кто выступает сейчас?» Я кричу: «Я! Я!» «Кто? Кто?» «Я здесь!» Ну и он говорит: «Пропустите, пропустите, она сейчас выступает», и никто не слышит. Он принялся расталкивать всех. Я с трудом высочила за шторки, прямо буквально ещё чуть-чуть, и уже выход на сцену. Звукорежиссёр сам подбежал ко мне и всё подключил. Всё, я вышла на сцену. Отыграла. Правда, там тоже был свой конфуз на сцене, ибо режиссёр не сразу подключил колонки, так что мне пришлось играть на максимуме возможностей инструмента. А такая проблема, что не хватает ему мощности, чтобы очень большую аудиторию подзвучивать. Он тогда может просто сгореть, все его микросхемы. Ну, слава богу, подключилась, всё закончилось. Я вышла. Тут же опять эта старушенция возвращается, которая меня выгнала: «Вот, вы должны здесь расписаться, идите, встаньте в очередь». То есть тут же очередь опять образовалась возле сцены. Нужно было заполнить бланки участникам. Ну, и стою. Значит, один из участников, Александр Бодаль, это сын президента конфедерации, как я потом узнала уже. Разговорились с ним, и дошла у нас тема. Я у него спрашиваю: «Сколько ты здесь уже стоишь?» Он говорит: «Я не знаю, наверное уже где-то час стою». А он ещё рассказывает, он хотел красиво выйти, и поэтому нарядился в чёрное, у него пиджак очень красивый был, под пиджаком шерстяная рубашка. И он говорит, что очень душно и так в принципе за кулисами, ещё куча народу, и вот он ещё в таком наряде. В итоге, подходит позже его мама, мы начинаем это обсуждать. Потом дошла наша очередь: «Всё, вы здесь всё заполнили, теперь надо ещё один бланк заполнить. Нет, не так, нужно по-другому. В общем, ладно уже, идите».

А. К.: В общем, ладно. Это долго можно перечислять, продолжать, но смысл вы поняли, да? Что с организацией плоховато было. Я говорю, мы с тем же Тобольском. Всё было максимально. Кстати, опять же, в сравнении. Мы приехали в город, мы неместные. Что мы хотим? Мы хотим город посмотреть. Обращаюсь к ним, говорю, давайте, что ли экскурсию какую организуем? То есть, я и заплатить-то готова. Раз уж были в Ростове-на-Дону, неужели мы не проедем не посмотрим город? Тоже не было никаких организаций на этот счёт. Они там что-то там в итоге, в конце, уже после конкурса организовали, но этот выезд был очень далеко от нашей гостиницы, нам нужно было ещё полчаса ехать на такси. Мы с Машей подумали и решили, что мы эти полчаса сами проедем и сами себе устроим экскурсию. Что мы и сделали. То есть тоже, как бы, негостеприимно, мне кажется. Они бы. Я бы, допустим, если бы проводила такой конкурс, ну как не показать свой город? Как не похвастаться? А они как-то так. Ну как-то так.

М. К.: Да, ещё хотелось бы дополнить, насчёт Тобольска. Когда мы приехали туда, нас сразу на вокзале встретили и до гостиницы отвезли. То есть сначала на регистрацию отвезли, а потом ещё и в гостиницу. А здесь никто даже не знал о нашем существовании.

Л. С.: С чем это может быть связано? С тем, что Кубок мира именно среди баянистов и аккордеонистов? Ну, я, честно скажу, тоже не слышала, что есть такие чемпионаты у нас.

М. К.: Нет, организаторы-то уточняют это всё.

А. К.: Да, извините, не беритесь тогда это дело. Раз уж вы взялись, ну так проведите достойно. Ещё на закрытии мэр города, Горбань, если не ошибаюсь, говорил: «Приглашаем вас ещё раз провести у нас Кубок», ну, не знаю, может быть им, конечно, и понравилось, высоким представителям организации аккордеонистов, но я думаю, вряд ли ещё раз будет проходит.

Л. С.: А в России это в первый раз, правильно?

А. К.: В России впервые.

Л. С.: А в следующем году уже известно, где будет проводиться?

М. К.: Да, сразу в Ростове прошла следующая конференция, и кубок, уже юбилейный, получается, 70-й, будет проходить в Италии.

Л. С.: В Италии. Поедешь туда?

М. К.: Ну, преподаватель хочет меня отправить ансамблем, ибо как солистка я уже не могу участвовать в этой номинации. Если человек победил, он уже не может участвовать.

А. К.: Именно в этой номинации она уже всё. Она теперь пожизненный чемпион и второго раза ей не дают для этого. В другой она может себя попробовать, в этой уже нет.

Л. С.: В какой номинации хотите себя попробовать на следующий год?

М. К.: Ансамбли эстрадные. У нас есть также не только электронный аккордеон, есть электронный баян. Мы решили блеснуть, так сказать, и исполнить инструментальную музыку, даже в оркестровом переложении. Я сейчас пишу. Вот. Ну, а дальше посмотрим. Может, я и попытаю счастья как эстрадный исполнитель на акустическом инструменте.

Л. С.: То есть, есть возможность целый год подготовиться. Тем более за год у тебя получилось в цифровом аккордеоне подготовиться. Выиграть. Поэтому, ещё один год, и я думаю, на следующий год мы встретимся и будем обсуждать, как вы победили. А не мешают тебе занятия аккордеоном учиться в школе? Или, я не знаю, в университете?

М. К.: В колледже. Ну, нужно распределять правильно своё время. А так, я занимаюсь либо в перерывах между занятиями, у нас бывает по несколько окон, либо как только заканчивается последняя пара, остаёшься и занимаешься.

А. К.: Нет, тут нужно пояснить, что она же учится в музыкальном колледже. То есть, соответственно, она может в перерыв спуститься в свой кабинет, взять инструмент и «побаловаться». Конечно, если бы, допустим, нужно было бы ездить куда-то, это было бы сложнее. А так хорошо пока.

М. К.: Ну, или как любят делать все мои однокурсники, просто садишься в коридор и занимаешься. Так что любой человек, который переступит порог музыкального колледжа, сразу поймёт, где он находится.

Л. С.: А часто спрашивают, почему ты, девочка, выбрала баян, ой, аккордеон, извините.

М. К.: Знаете, я люблю рушить стереотипы. Я ещё тоже задумывалась часто, почему аккордеон. Я сама-то чисто случайно, получается, на него попала. Но я этому очень рада. Потому что я была почти единственная девочка, которая играла в музыкальной школе на аккордеоне у своего преподавателя. До этого была ещё одна, подавала большие надежды, но, к сожалению, она так до конца и не дошла. Я считаю, что это именно потому, как раз, что было давление со стороны родителей. То есть, не её желание, а очень строго к неё относились.

А. К.: Да, мы заняли позицию такую — не давить. Не хочешь, не надо. Ну, у нас, правда, был моментик, когда я немножко прессанула её. Потмоу что последний год был учёбы в музыкальной школе. А музыкальная — это основная школа, и плюс музыкальная по сути та же школа. Тоже уроки. То есть у нас получалось полдня в основной школе и полдня в музыкальной. Тоже документ получают они по окончании. И вот у нас Маша. Видимо, начался переходный возраст, «надоело, устала, не хочу». Ну, пришлось её немножко за горло прижать. Я говорю: «Доучись. Последний год. Закончи, и больше я к тебе не подойду, всё». Она доучилась, с красным дипломом закончила школу искусств. И потом у неё опять проснулось. Вот, видимо, нельзя давить. Хотя я не знаю, конечно, многие мэтры говорят, что родители заставляли, поэтому они стали знаменитыми. Мне кажется, если бы мы на неё давили, она бы давно бросила. Всё-таки характер. Кому-то полезно пинок волшебный, а кому-то нельзя.

М. К.: Знаете, почему всё это произошло? Рано или поздно у многих пропадает желание — вообще, это любого дела касается. Тут ещё давление как раз со стороны обычной школы, потому что разделяться на два фронта это тоже очень сложно. Особенно когда тебя в обычной школе не понимают. А у меня многие учителя как раз именно такие были. Школа — самое главное, не иди, не пиликай на своём инструменте. И как раз этот разрыв, когда приходишь вечером, и нужно сделать уроки в одной школе, и ещё из другой школы домашнее задание дали. Это меня тогда подкосило. Но зато теперь я очень рада, что я в музыкальном колледже, а не осталась в своей школе. Вы просто не представляете, насколько. Ну, и плюс, когда я закончила, у меня, получается, шёл год просто обучения в обычной школе. А тут никто не зовёт, никому не нужна. Никаких концертов, никто тебя не знает. И я подумала — нет, я так не хочу! Надо назад возвращаться.

Л. С.: А сейчас вот уже все, наверное, средства массовой информации Сургута сказали о том, что у нас в Сургуте появилась Мария Кушникова, да, то есть чемпион кубка мира. Зовут уже куда-то?

М. К.: Ну, да. Уже нас позвали на открытие ДК «Нефтяник». Мы будем выступать, возможно. Потому что до этого ещё будут проходить отборы различных номеров. Как никак, на такой концерт нельзя кого попало брать. Ну, мы стараемся сделать всё, что в наших силах.

Л. С.: Ну, уж думаю, с кубком мира вход везде должен быть свободный.

М. К.: Да. А ещё мы попробуем. У меня есть моя подруга, София Георгиева. У нас с ней ансамбль вокально-инструментальный. Я хочу показать этим людям, что как раз на «Роланде» можно исполнять не только инструментальную музыку, а можно аккомпанировать эстрадным исполнителям. То есть, для того, чтобы было интересно смотреть, слушать. Обычно же как, выходит просто певец и под минусовку поёт. А тут, получается, я сама минусовка. Ну, и подтанцовка сразу.

Л. С.: Хорошо. Я думаю, мы можем заканчивать уже нашу онлайн-конференцию. С нами были Мария Кушникова и Анжелика Кушникова. Всего хорошего, удачи, успехов на этом поприще, и, я думаю, мы с вами ещё встретимся.

М. К.: Спасибо!

А. К.: Спасибо большое, и вам всего самого хорошего.


Нашли ошибку в тексте?
Выделите текст и нажмите CTRL+Enter


28 сентября 2016 в 12:05, просмотров: 2571, комментариев: 3



QR код


Комментарии:
Серёга
Здравствуйте Мария! Поздравляю вас с победой на "Кубке Мира"! Расскажите ваши впечатления от города, где проходил конкурс?
Дальнейших вам побед и достижений!
Конфетка
Здравствуй. Мария как долго вы уже занимаетесь аккордионом?
Конфетка
Почему вы выбрали именно аккордион а не другой инструмент?

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться

Юрий Нуреев

Полнейший непрофессионализм! Только вот чей — строителей? проектировщиков? администрации?

Кусок дороги в 500 метров (!!!) в нефтяной столице региона (если не страны) построить не могут в течение четырех лет даже при достаточном финансировании
Юрий Нуреев Сегодня в 12:04
442 2
​Жители частных домов в Сургуте жалуются на завышенную цену за вывоз мусора

​Жители частных домов в Сургуте жалуются на завышенную цену за вывоз мусора

На решение этой проблемы понадобится минимум год
Анастасия Якупова Сегодня в 08:27
342 0
​Приговор

​Приговор

А с этими-то что делать? С лжесвидетелями-полицейскими, которые «своими глазами видели, как Павел скандировал неприличные лозунги, кем-то руководил и вообще ожесточенно сопротивлялся»? С их командирами? С судьей?
Александр Мазурин, читатель siapress.ru 19 сентября в 09:25
541 3
​Правосудие – основа государства

​Правосудие – основа государства

Защите Устинова не дали возможности представить всю доказательную базу! Это действительно несправедливо
Ринат Айсин, депутат думы Югры 18 сентября в 21:13
1089 25
Жителей ветхих домов в центре Сургута расселяют в поселок на краю города

Жителей ветхих домов в центре Сургута расселяют в поселок на краю города

Некоторые потенциальные новоселы такому решению чиновников не рады
Полина Амирова 18 сентября в 09:23
7815 7
​Справедливая судебная система. Не для всех

​Справедливая судебная система. Не для всех

Все уже привыкли к новостям о том, что люди, своровавшие сотни миллионов, избегают уголовной ответственности, в то время как кого-то сажают за булку хлеба или брошенный в силовика пластиковый стаканчик
Сергей Большов, корреспондент siapress.ru 17 сентября в 16:19
1733 30
Как завершается ремонт дорог на улицах Республики, Рабочей и Сибирской // ФОТО

Как завершается ремонт дорог на улицах Республики, Рабочей и Сибирской // ФОТО

Рабочая группа думы Сургута провела очередную выездную проверку
Редакция СИА-ПРЕСС 17 сентября в 14:12
899 0
«На матчах из зрителей только близкие люди, зеваки редко заходят»

«На матчах из зрителей только близкие люди, зеваки редко заходят»

Сургутский вратарь о футболе, детях, таланте и фарте
Илья Низовских 16 сентября в 18:00
961 1
История одной ямы

История одной ямы

О том, как лужа мешает жить целой улице
Алёна Кожевова 16 сентября в 11:09
691 0
​Государство ответило на успех «Умного голосования» разгромом ФБК Навального

​Государство ответило на успех «Умного голосования» разгромом ФБК Навального

Накануне ранним утром по всей России прошла беспрецедентная полицейская операция с привлечением всех силовых структур
Александр Мазурин, читатель siapress.ru 13 сентября в 09:32
1216 15
Больше мнений